Словари и энциклопедии онлайн
D K M R
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
ХА ХЕ

ХЕНГСТЕНБЕРГ

ХЕНГСТЕНБЕРГ (Hengstenberg) Ханс-Эдуард (р. в 1904) - немецкий философ, представитель теологической версии философской антропологии. Свою концепцию X. определял как синтетическую антропологию. В ней заметно влияние идей феноменологии, неотомизма и неоавгустинианства. Воспринял круг идей Шелера, но заявил о необходимости дистанционно-критического отношения к нему там, где этого требуют интересы дела. С 1948 - профессор Педагогической академии в Оберхаузене. Основные работы: Между Богом и творением (1948), Автоматизм и трансцендентальная философия (1950), Тело и предельные вещи (1955), Философская антропология (1957), Бытие и первоначало (1958), Свобода и порядки бытия (1961), Эволюция и творение (1963) и др. Исходным пунктом, главной идеей и целью современного способа философствования X. провозглашает человека (принцип персональности). Философская антропология, по X., есть учение о человеке с точки зрения самого бытия человека. Этим она отличается от всех наук, которые хотя и имеют дело с человеком, но рассматривают его с частных точек зрения: физиологической, биологической, психологической, лингвистической и т.д.. Человек есть единство реально-психического (включая мышление) и тела, т.е. жизненное начало (жизнь), соединенное с духом. Основная его характеристика - способность быть объективным (отсюда установка на построение антропологии объективности). Человек может быть беспристрастен на основании доразумного, интуитивного согласования (предзнания) индивидуальной духовной активности с бытием и ценностными характеристиками предметов мира, но прежде всего - с другими личностями. Согласно X., под объективностью мы имеем в виду ту позицию, которая предполагает обращение к предмету ради его собственной самости, свободное от соображений пользы. Такое обращение к объекту может быть реализовано в случаях созерцающего постижения, практического действия или эмоциональной оценки. Предметы и явления мира суть для личности конкретное (реальное) эмоционально-интуитивно (нравственно и религиозно) переживаемое данное, суть встречающееся сущее. Они онтологически положены Богом по отношению к индивидуальному сознанию. В структуре любого сущего (личности) части стоят по отношению друг к другу таким образом, что строят целое индивидуально определенной мощью и при этом с самого начала уже предполагают целое в его действующей мощи. В основе этой целостности лежит феноменологически обнаруживаемая прафеноменальность, для которой нельзя указать основания в природе. Человек постоянен и охватывает постоянство. Однако сущность есть то, что она есть, лишь в ее связи с соответствующими реальностями. Она развивается и осуществляется в культуре, будучи уже в ней заложена. Игнорирование этого аспекта, по мысли X., ведет к вневременности и внеисторичности экзистенциализма. В свою очередь, необходимо учитывать и то, что историчность в истории определяется не только изменением, но и постоянством. Как отмечал X., таким образом, если человеческой природе свойственно постоянство, то это может быть лишь постоянство-в-изменении. Человек имеет естественные основополагающие константы (как раз и выражающие себя в его склонности, в отличие от животных, к объективности), которые интерпретируются исходя из примата человеческого поведения. Он схватывает (переживает) это постоянство вне себя как целостность в ее самоочевидности, как феномены. Но сами его переживания есть также феномены. Более того, единство (соотнесенность) того и другого само есть также феноменальная целостность. Следовательно, целостность как таковая может иметь только духовную природу - положенность Богом. Целостность всего сущего, по мнению X., аналогична божественной Троице, сущее всегда есть соотнесенность трех частей в соответствии с троичной жизнью Бога. Троякое соотношение частей и задает неизменность существующих порядков как отношений: 1) одной из час- тей к двум другим, 2) любой из частей к общему для них событию бытия, 3) частей к тому, что они сами и конституировали, т.е. к целостности, которая есть дух, имманентно существующий в конституированном. Последнее осуществляется через деятельность человека как также троякого существа: 1) телесного, 2) социального, 3) открытого для ничто и для бесконечности. Соответственно, по X., объективным человек выступает в полной мере лишь в своем третьем модусе (он утилитарен в тенденции в модусе тела и склонен к необъективности в модусе социума), когда он только и может понимать смыслы и обязан задавать вопросы о смыслах. Реальные личностно-контекстуальные смыслы порождаются на основе нравственно-религиозного переживания онтологических идеальных смыслов. Принимая решение в пользу любого из трех возможных способов своего поведения, человек делает свой выбор, но тем самым он принуждается к свободе, а следовательно и к ответственности за сделанное. По версии X., человек должен прежде всего принять решение в пользу объективности и лишь после этого он приобретает личную объективную позицию. В этом отношении сделанное (конституированное) начинает предопределять (исторически) последующее (по принципу наследования, а не причинной обусловленности). Тем самым личность как бы продолжает (в метафизическом смысле) сотворение мира Богом из ничто (но в таковом качестве и не нуждается во внешних предпосылках для своего творения). Сотворенное в этом смысле не есть нарушающее предзадаваемое целостное постоянство мира. Конституирование сущего происходит в двух горизонтах: 1) целостности бытия как такового, 2) целостности определенного бытия (соответственно первый и второй ранги целостности действительности). В первом горизонте целостность задается через полагание сущности (Wesen), наличное бытие (Dasein) и принцип экзистенции в их гипостатическом единстве. Сущие разных способов бытия, согласно X., участвуют в бытии друг друга без смешения, как в бытии их целого, которое участвует во всех трех, а они, соответственно, совместно участвуют в целом. Это есть проявление онтологического принципа соучастия (как взаимного присвоения бытия при сохранении целостности частей), конкретизирующегося в онтологическом же принципе выражения (одного через другое). В этом горизонте, с точки зрения X., выстраивается ступенчато-целевой порядок бытия, в котором каждая промежуточная ступень есть средство для онтологического и надвременного выражения следующей, а каждая последующая ступень выражает себя в предыдущей. В горизонте же целостности определенного бытия речь идет о существенности (Wesenheit) как человечности отдельного человека. Здесь реализуется свободно-личностное выражение бытия в единстве его синхронно-диахронных аспектов, во временных формах. По мысли X., в конечном счете каждая поведенческая целостность есть временная форма. Ступенчато-целевой порядок является здесь как порядок актуализации человека. Будучи противоположными, два ранга конституирования сущего участвуют друг в друге. В своей совокупности ступенчато-целевой порядок и порядок актуализации человека задают проект бытия и смысла человека, т.е. индивидуально варьируемую сущностную и экзистенциональную норму человека. Благодаря этому любое сущее имеет не только бытие-существованием, но и бытие-смыслом, по поводу которого обязан вопрошать человек. В границах подхода X., личность при этом конституируется как уникальная инвариантность эмоционально-интуитивных переживаний существования (в участии друг в друге) сущности и существенности. Тем самым в ней сливается (не теряя самостоятельности) хтоническое (то, что задается данным, чем можно только овладеть) и духовное (выражающий себя дух). Выбор же в пользу объективности актуализирует экзистенциальное личностное начало, которое собственно и конституирует личность. Таким образом сущность (Wesen) и существенность (Wesenheit) опосредуются существованием (Dasein). Это соотношение, задаваемое онтологически, на феноменологическом уровне самообнаруживается, по X., в событиях целостной соотнесенности бытия вообще (Sein), действительности и смысла. Человек постоянно онтологически действует в самом себе, исходит из самого себя и идет к самому себе, и тем не менее он не теряет своего постоянства и самости. Соотношение же личностей друг с другом осуществляется через онтологическое участие, через созвучие с эмоциональным состоянием другого (то, что в другом языке может быть обозначено как эмпатия). Реализуется онтологическое участие через прафеноменальную способность людей к коммуникации, понимаемой как ко-экзистенциальное конституирование Я и Ты в личной встрече. (Ко-экзистирование понимается при этом как такое отношение, когда одно не может существовать без другого, но одно не может быть выведено из другого, хотя каждое из них и способствует существованию другого, т.е. речь здесь идет о единстве с неизгладимостью различий). Ценностным критерием объективного отношения людей друг с другом выступает любовь (как направленная на возвышение ценности Ты). В ней объективность находит свое завершение, она имплицитно присутствует во всяком нравственном поступке. Полюс необъективности презентирует ненависть как сублимированная форма произвола (как направленность на понижение ценности Ты). Высшее прояв- ление самой любви - религиозное поклонение. Таким образом, концепция аналогии сущего, акта и потенции томизма заменяется X. августинианской концепцией участия, принципом триединого строения сущего. Стягивающим отношения Бога и человека оказывается принцип конституирования (как соучастия в творении и его выражении). С точки зрения X., ...итак, выражаясь кратко, можно сказать следующее: человек есть личность, которая каждый раз неповторимо конституируется духом, областью витального и личностным началом и в силу своей личности может проявлять свободные инициации. В.Л. Абушенко
на заглавную 10 самыхСловари к началу страницы
© 2015 XHTML | CSS
1.8.11